Меню
12+

«Байкальские зори», общественно-политическая газета Ольхонского района

31.03.2016 00:34 Четверг
Категория:
Тег:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 12 (3778) от 31.03.2016 г.

Сергея Копылова освободили из-под домашнего ареста

Автор: Ольга Андреева

24 марта решением Кировского районного суда Иркутска мэр района Сергей Копылов был освобожден из-под домашнего ареста. До окончания следствия по уголовному делу — до 28 июня его выпустили под залог в размере 550 тыс. рублей. О ходе следствия и результатах судебного заседания мы попросили рассказать его адвоката Константина Шишенкова.

Мэр Ольхонского района Сергей Копылов.

- Константин Николаевич, следственные органы вменяют в вину главе района то, что, занимая должность мэра, он дал устное разрешение руководству ООО «СПМК-7»  на проведение земляных работ при реконструкции участка автомобильной дороги Баяндай – Еланцы – Хужир. С юридической точки зрения устное разрешение может являться основанием для возбуждения уголовного дела?

- Уголовно-процессуальный кодекс устанавливает, что уголовное дело может быть возбуждено при наличии достаточных поводов и оснований полагать, что имеется факт преступления. Иначе очень трудно будет возбуждать уголовные дела. Происходит фиксация какого-либо факта, а потом проводится проверка. Лично у меня в судебной практике были решения, поддержанные судом, согласно которым следователь как самостоятельно процессуальное лицо волен посчитать все что угодно и возбудить дело.

Но надо очень четко понимать, что возбужденное дело не тождественно принятому по делу правовому решению. Следователь обязан возбудить дело и тщательно провести проверку всех фактов. Дальше он может как направить дело в суд, так его и прекратить. Есть множество оснований для прекращения уголовного преследования. Другое дело, что практика в нашей стране идет по такому пути, что если дело возбуждается, то потом его очень сложно прекращать. 

На сегодняшний день прошло два месяца с момента возбуждения уголовного дела, и за это время орган предварительного расследования должен был проверить все факты. Самое логичное — допросить тех людей, кому мэр якобы дал это разрешение. Но за два месяца следствия так и не было допрошено руководство ООО «СПМК – 7». Вместо этого в администрации Ольхонского района была проведена выемка документов. Зачем? Для этой формулировки обвинения достаточно документов, подтверждающих тот факт, что Копылов является должностным лицом и документов, регламентирующих круг его полномочий. Что касается полномочий, то следствие полностью обходит вопрос о том, что в марте 2015 года полномочия по распоряжению земельными участками в Ольхонском районе были переданы федеральным законодателем на уровень сельских поселений. И, соответственно, на момент ноября 2015-января 2016 года не было у мэра района возможности что-то разрешать или что-то запрещать.  

- Эта дорога по документам кому принадлежит?

- На сколько мне известно, контракт на реконструкцию этого участка дороги заключен между ООО «СПМК-7» и  администрацией Иркутской области, а сама дорога расположена на федеральных землях.  Мэр может иметь к этой дороге отношение только как выборное должностное лицо, которое выражает мнение жителей района относительно строительства такого социально значимого для района объекта.

- Масло в огонь подлили записи в интернете «Спрут на берегах Байкала», которые появились через несколько дней после первого судебного заседания. Как вы можете прокомментировать их появление и их содержание?                                                    

- Суду были представлены лишь фрагменты этих разговоров. В сети они представлены в расширенном виде. Это к вопросу о закрытом судебном заседании.  Факт в том, что любой человек может с этими текстами ознакомиться. А что в них? Из них не следует, что непосредственно Копылов что-то кому-то разрешал. Третье лицо говорит якобы со слов своего разговора с Копыловым, что тот давал какое-то согласие, лишь бы местные не возмущались. Это, во-первых, не соответствует действительности, во-вторых, за два месяца не было подтверждено никакими доказательствами.

Если с холодной головой и непредвзято проанализировать эти тексты, выбросив из головы комментарии, которые люди оставляют в соцсетях, и буквально проанализировать их содержание, ничего в них нет. Это вопрос интерпретации. Я как нейтральный человек, как юрист, буквально толкуя и пытаясь понимать эти тексты, ничего в них не вижу.

Можно констатировать, что выложено это было все незаконно. Кто это выложил, и на каком основании, до сих пор не ясно. Представитель органа предварительного расследования в судебном заседании утверждал, что он ничего не выкладывал, что по этому поводу сейчас проводится служебная проверка.

- Прослушивать – это одно, но чтобы использовать результаты прослушки в суде как доказательство, для этого  необходимо соответствующее разрешение. Оно было получено?

- Сейчас об этих записях нельзя говорить как о доказательстве по делу. Неизвестно, что в конечном итоге будет в деле. Будет это в таком виде как сейчас или нет. Если будет, то по инициативе защиты или без нее, следствие само проведет экспертизу на предмет достоверности этих записей. В любом случае они там будут полностью, а не фрагментарно. То, что сейчас находится в сети интернет, можно подвергать сомнению и критиковать. Это не официальные данные.  С другой стороны, нельзя голословно утверждать, что следствие что-то сделало специально.

- Также по версии следствия незаконные действия мэра привели к тому, что природе был нанесен ущерб в размере порядка 24 млн. рублей. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Это вообще отдельная тема. Органы предварительного следствия  взяли на веру данные, предоставленные Прибайкальским национальным парком. Если почитать саму формулу, по которой рассчитывался ущерб, эта формула применяется для расчета последствий химического заражения территории.

- Выходит, на этом отрезке дороги была произведена химатака?

- Судя по формуле, как будто бы да. Применена даже не та формула. 

- Была представлена судебная экспертиза о расчете ущерба?

- Нет, и защиту с назначением такой экспертизы никто не знакомил. Сумма ущерба  только повод для возбуждения уголовного дела.

- Константин Николаевич, если первое судебное заседание длилось пять часов, то второе уже десять – с 14 до 24 часов. С точки зрения обычного человека не совсем понятно, что можно делать столько времени. Тем более, что рассматривался вопрос лишь о мере пресечения. 

- На самом деле, это нормальная практика. В 14 часов мы зашли. Пока Сергей Николаевич знакомился с делом, мы старались обеспечить возможность граждан  поприсутствовать в зале судебного заседания, прошло некоторое время. Ведь изначально судебное заседание было открытым и на нем желали присутствовать несколько десятков человек. Началось заседание, проверили явку, следователь заявил ходатайство о проведении закрытого судебного заседания. Судья удалилась в совещательную комнату. Потом огласила решение суда о проведении закрытого судебного заседания. Люди стали покидать зал судебных заседаний. Вот вам два часа минус. Закрытое судебное заседание по существу началось в 16 часов, в 20-30 суд удалился в совещательную комнату. В отличие от гражданского судопроизводства, где только резолютивную часть объявляют, а суд в дальнейшем полное решение пишет, то по данной категории дел суд должен изготовить постановление сразу. А это требует времени.

- Какие аргументы принял суд и изменил меру пресечения?

- Самое основное и главное — следствие не представило доказательств, подтверждающих необходимость применения такой меры пресечения как домашний арест, ограничивающей свободу. Не объяснило суду необходимость и обоснованность ограничения свободы. Существуют объективные данные о том, что Копылов обладает устойчивыми социальными связями, у него крепкая семья, постоянное место жительства, работа. Плюс к этому при применении к нему домашнего ареста он по своей инициативе отдал защитникам свои паспорта, гражданский и заграничный, и мы  заявили ходатайство о приобщении их к материалам дела. Паспорт гражданский был возвращен, потому что без него нельзя, но сам поступок Копылова говорит о том, что скрываться он никуда не собирается, и доказательств того, что он может в этом отношении какие-то действия принимать, суду представлены не были.

Следствие настаивало на том, что он якобы может воздействовать на свидетелей. Два месяца прошло, но следствие так и не допросило руководство ООО «СПМК-7». По таким простым фактам как дача устных разрешений, времени было достаточно. Относительно документов я уже сказал. Какие могут быть документы при устном разрешении? В некоторых областных СМИ прошла информация о том, что мэра выпустили, учитывая тяжелое материальное положение семьи. Это не соответствует действительности. Только по материальному положению суд бы наше ходатайство никогда не удовлетворил.

- Сергея Николаевича отпустили под денежный залог. Поясните, пожалуйста, что это означает?

- Это одна из мер пресечения, которая включена законодателем в уголовно-процессуальный кодекс.  Она преследует те же самые цели, что и подписка о невыезде. Что такое подписка о невыезде? Человек дает письменное обязательство,  что он  будет надлежаще себя вести и являться по требованию следователя. В случае с денежным залогом, при каких-то нарушениях со стороны обвиняемого, залог может быть обращен в доход государства, а к лицу применена какая-то иная мера пресечения.

- Сейчас Сергей Николаевич имеет право передвигаться по территории Иркутской области?

- Да, никаких ограничений нет. И денежный залог, в отличие от подписки, позволяет ему перемещаться совершенно свободно.

- Означает ли это, что он может приступить к выполнению своих должностных обязанностей, ведь он не слагал с себя полномочий мэра. Вы можете сказать какие у вашего подзащитного планы на этот счет.

- Вообще, у него было желание сразу выйти на работу, но сейчас мы рассматриваем вопрос  об отпуске, тем более, срок отпуска подошел. С точки зрения защиты мы бы ему рекомендовали уйти в отпуск. Но в любом случае принимать такие решения должен в первую очередь он сам.

- Срок следствия продлили  до 28 июня. Что дальше?

- Принятая судом мера пресечения будет длиться до момента принятия правового решения по делу. Это должно быть или постановление следователя, или решение суда. Если говорить о постановлении следователя, следствие обязано до 28 июня, если нет доказательств виновности, прекратить уголовное преследование и прекратить производство по уголовному делу.  Если доказательства вины будут усмотрены, составить обвинительное заключение и направить дело в суд. И  тогда уже суд будет выносить приговор – обвинительный или оправдательный. Третий вариант: следствие может при наличии данных снова выйти с ходатайством об изменении меры пресечения.  Сколько может идти следствие зависит от самого следствия. По мнению защиты, уголовное дело должно быть прекращено.

- Мэр под следствием, люди волнуются, а дорогу благополучно строят. Это как объяснить?

- В предъявленном обвинении про законность реконструкции самой дороги речи не идет. Это совершенно отдельный процесс, который к Сергею Николаевичу не имеет никакого отношения.  В случае прекращения дела защита будет благодарна следствию за тщательно проведенную проверку и принятие законного решения. 

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

419