Меню
12+

«Байкальские зори», общественно-политическая газета Ольхонского района

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 10 от 19.03.2021 г.

Село Еланцы: от каменного века до современности

Автор: Станислав Грешилов

Рисунок типовых плавильных печей 18 века

От редакции: Продолжаем публикацию большой краеведческой работы об истории села Еланцы, подготовленной преподавателем Ольхонского Дома детского творчества Станиславом Грешиловым. Как оказалось, у нашего районного центра нет собранной воедино истории, разрозненные факты пришлось собирать по крупицам из разных источников. Сегодня речь пойдет об основании современного села Еланцы.

Железоплавильный завод купца Ф.А. Ланина. Начало

С появлением завода на реке Анге на территории Ольхонского района появляются первые поселения русских. Заводское селение с середины 18 века стало основой современных Еланцов.

Начало XVIII века отмечено бурным освоением и развитием Прибайкалья и Сибири в целом. В связи с основанием новых городов, сел, деревень, распашкой новых земель, увеличением числа ремесленников и промышленников возникла большая надобность в железных изделиях. Всё железо в тот период, не считая продукции местных сыродутных горнов, возилось с уральских заводов. Нет сомнений, что значительно выгоднее было бы иметь металлургические заводы на месте, тем более, что запасы железных руд разведанных месторождений Восточной Сибири были большими.

Первое доменное частное металлургическое предприятие в Прибайкалье возникает на реке Анге благодаря иркутскому купцу Ланину Федору Алексеевичу (старшему), 1708 года рождения. В 1739 году Ф.А. Ланин обратился в Иркутскую провинциальную канцелярию за разрешением на отвод земельной дачи для постройки железоделательного завода — «при одной домне молотовой фабрики». Канцелярия отправила прошение в Берг-коллегию, которая, рассмотрев просьбу, издала указ и направила его в Иркутск, где 24 марта 1740 года канцелярия объявила Ланину его содержание: «… велено по изобретенному Ланиным рудокопному железному промыслу у Байкала моря вверх по Анге речке до по речке Улан-Бурхан и по падям с припадками оные в Иркутске магазейны оброку провиантом на год 86 пудов и деньгами по одному рублю по 40 копеек».

Об этом факте в старинном документе сообщалось: «Отведены ему Ланину под построение заводу земля в урочещах по здешнюю сторону Байкала к соляным озерам по речке Улан-Бургасу под завод сенокосные покосы и по Бугульдейке и по Манзурке речками падям и с припадками до лежи Манзурских крестьян…».

Завод свой Ф. Ланин строит на речке Анге. Сейчас это место называется Зыкуй. Моя версия образования названия — от производных слов «зык», означающий резкий звук, и «куй» от слова ковать, так как звук заводского молота расходился далеко по всей округе, в других источниках предполагается просто, что слово «Зыкуй» от слова «закуй».

Место для железоплавильного завода выбрано не случайно, учитывались несколько факторов. Это обилие в районе выходов пород железной руды, наличие реки для строительства плотины и водяной мельницы для привода мехов, которые раздували доменные печи. Наличие смоляной древесины, которую можно сплавлять по реке, наличие необходимого для технологии плавления известняка, который выходил на поверхность в виде не сформировавшегося мрамора (каменная известь), наличие глины без супеси (песка). Место нахождения завода также было удобным для отправки изделий покупателям. Зыкуй — относительная середина Прибайкалья, удобная для транспортировки товаров на судах в г. Иркутск, на противоположную сторону и север Байкала, близость к торговым путям по р. Лене (северный поток в Якутск) по имеющимся лесным дорогам.

В своих летописных записках Иркутский губернский архитектор Антон Иванович Лосев писал: «…обработанное железо и чугунные вещи удобно доставлялись в Иркутск водою по реке Анге, морю Байкалу и Ангаре».

Значимую роль в развитии металлургического производства в России в XVIII в. имел такой исторически важный документ, как «Привилегия о рудах и минералах» Петра I, опубликованный 10 декабря 1719 г. в связи с учреждением Берг-коллегии. Документ разрешал всем и каждому, независимо от чина и достоинства, во всех местах, как на своей собственной, так и на другой земле, искать, плавить, копать, варить и чистить всякие металлы: золото, серебро, медь, олово, свинец, железо. Всем, кто изъявит желание искать руды, строить заводы, обещалась помощь как добрым советом, так и заимствованием денег. Берг-привилегия гарантировала право наследственной собственности на заводы, ограждала промышленников от вмешательства в их дела местных властей.

С появлением предприятия Ланина связано запрещение сыродутных горнов в Восточной Сибири. Аналогичные запреты практиковались и в других металлургических районах России. Такими методами государство пыталось избавить крупные казенные и добившиеся привилегий частновладельческие предприятия от конкуренции мелкотоварного производства. Но запрет не означал фактического прекращения производства ремесленников. Ланин жаловался, что «всякого чина люди в Иркутской провинции в острогах и слободах плавят кричное железо (продукт переработки железной руды, минуя стадию получения чугуна) печками тайно». Указом Иркутской провинциальной канцелярии в 1741 году все сыродутные горны были запрещены (к этому времени в Прибайкалье находилось около 50 официальных горнов).

Остатки плавильной печи в с. Еланцы. Вид изнутри

Развитие завода – ресурсы и инфраструктура

Ангинский (Ланинский) металлургический завод заработал 10 апреля 1741 года и имел помимо доменной печи и нескольких горнов плотину, мельницу, кузню и другие заведения. Выпускал в год 21 тыс. пудов чугуна и 10–12 тыс. пудов железных изделий — товары народного потребления (чугунную посуду: котлы, кувшины, чаши, сошники) и сельскохозяйственное оборудование (лемеха, топоры, кайлы, лопаты и др.). Завод работал семь месяцев в году с 1 апреля по 1 ноября. Зимой завод не действовал вследствие промерзания реки Анги.

Исследуя побережье Байкала в экспедиции 1772–1774 годов, этнограф И.Г. Георги пишет: «Ланинский завод был построен ещё в 1730 г., в 2-х географических милях (15-ти верстах) выше устья Анги, Иркутским купцом Ланиным, у подошвы крутой, каменной горы, на которой водится множество змей из рода Vipera. Кругом распространена роскошная альпийская флора». На карте Байкала 1806 года указаны «Слобода Косостепская», «д. Куратская», «Бывшей Ланинской Железной Заводъ».

В некоторых документах упоминают, что Ланин уже с 1730 года начал плавить железо на р. Анге, возможно это были пробные работы для удостоверения, пойдет ли дело. После всех проб и расчетов, на которое требовалось время, было направлено письмо 1739 г. в канцелярию о разрешении. Разрешение давало Ланину официально выплавлять и продавать продукцию.

«Летопись города Иркутска XVII–XIX вв.» гласит, что завод в первый год давал более 10 000 пудов (160 тонн) железа и чугуна. С этой цифры можно рассчитать объемы производства того времени. По технологии тех лет, чтобы получить пуд продукта, нужно было переработать руды в 2–3 раза больше в зависимости от содержания в ней железа. На один пуд руды приходилось древесного угля в 10 раз больше, его необходимо было получить курением в печах, занимающих большие площади. Для ускорения процесса получения железа при температуре меньшей его плавления был необходим флюс, в первую очередь, известь. Нужна была глина как скрепляющий материал. Для получения конечного продукта из чугуна нужны были литейные формы. Таким образом, деятельность завода включала в себя технологические процессы, связанные с получением и обработкой металла, заготовкой древесины и выжигом древесного угля, добычей и транспортировкой руды, извести и глины, строительством дощаников (небольшое плоскодонное несамоходное речное судно). Можно только представить, какой колоссальный объем труда в такой глуши был необходим для деятельности завода и отправки в Иркутск его продукции.

В 1739 году Берг-привилегия была дополнена Берг-регламентом. Разрешалась приписка государственных крестьян к частным заводам. Промышленники освобождались от пошлины на продовольствие и припасы, доставляемые на заводы.

Приписники были призваны на завод из ближних и дальних деревень вплоть до Братского острога. Уже в 1742 году на заводе работало более 200 человек, не считая наемной силы. Логично образование поселения Еланцы в 2 километрах от завода, ведь при работе заводского молота и шума мельницы была необходимость проживания людей на расстоянии, и соседство с улусом Шара-Ямат было удобно для обмена или покупки продуктов, аренды коней. Не менее логично появление поселения, ныне д. Куреть, где заготавливали древесину, обжигали в печах, и этот процесс назывался «курить», и скорее всего от этого произошло название деревни. Процесс обжига (курения) требовал больших территорий, возможно, близлежащие поля и появились в тот период, освобождаемые от леса, шедшего на нужды завода. Затем куренное дерево сплавляли вниз по Анге. В связи с соседством курильных земель с землями Косо-Степской слободы Ланин огородил земельные наделы, приписанные к заводу от соседей с установкой охранного пункта. Сейчас это место называется Ланинская бариса. Из за ограждения земель родилась версия, что названия Куреть произошло от бурятского «хуре», что в переводе «ограда, забор».

Кроме леса для строительства и топлива для печей осуществлялся подвоз известнякового камня и глины. Несколько карьеров мы можем наблюдать сейчас между Еланцами и д. Тырган.

Снабжение завода сырьем и сопутствующими материалами, не считая провизии на 200 человек и вывоза готовой продукции, требовало множество подвод — гужевого транспорта с телегами. За сезон это перевозка в минимум 160 тонн готовой продукции, 480 тонн руды, 4800 тонн древесины примерно и около 100 тон извести и глины. Итого около 5540 тонн. Это 15-16 тонн или в среднем 30-40 телег ежедневного подвоза, включая зимнюю заготовку к сезону. Соответственно для содержания такой транспортной поставки требуются мастерские по обслуживанию гужевого транспорта. Самое благоприятное место для их нахождения — недалеко от карьеров и заготовки строевого леса с р. Молька (выше м. Шалоты). Это Кунтинская долина – от Шалот до д. Таловки. В начале долины есть д. Тырган, в переводе с бурятского «телега». Трудно точно сказать, но можно предполагать, что именно там находились гужевые мастерские.

Остро встает вопрос снабжения продуктами, сменой коней, быков, которые тоже раньше использовались для перевозки тяжелых грузов и вспашки земель. Коней и быков надо растить, пасти, заготавливать корма — недалеко от Тыргана появляются выселки, сейчас это д. Петрова и д. Попова.

В иркутских документах отмечается, что отвод земель под Ангинской железоделательный завод вынудил 230 бурят перекочевать с семьями и скотом из бывших урочищ в лесной бор. В связи с этим в 1741 году буряты написали жалобу. Как стало понятно из исторических источников, дальнейшие притеснения местного населения прекратились.

Остатки доменной печи. Вид снаружи

Чугунные изделия музея Еланцынской школы

Упадок и закрытие завода

Несмотря на все имеющиеся поблизости ресурсы и неплохую логистику завод оказался нерентабельным, и владелец испытывал трудности в обеспечении завода рабочими руками и продовольствием. Квалифицированных работников катастрофически не хватало. Изделия завода имели низкое качество — «хрупко и ломко» — и большую цену. После закрытия сыродутных горнов в Восточной Сибири Ланин стал продавать свое связное и полосовое железо по 1 руб. за пуд, не делая никаких скидок для казны. До оного казна покупала у «промышленных вольных людей» привозимое в Иркутск железо за 20–25 коп. за пуд.

Дела Ланина осложнились волнениями рабочих и крестьян в 1742–1748 гг. Начались побеги рабочих с завода. Только в 1742 году из 200 рабочих 21 ушли в побег. Работники бежали от тяжкой работы, неустроенного быта, скудного питания, жестокости и унижений со стороны хозяев и служащих. Для временных работников побег был связан с нежеланием выполнять какую-либо обязанность, повинность. При дефиците рабочих рук в Сибири любой человек из податных сословий мог быть принужден к такого рода работе и нередко спасался бегством.

Находясь за сотни верст от своих наделов, работники вынуждены были в течение срока работ покупать продукты питания и фураж для лошадей на месте. Цена пуда муки на заводе стоила 60–70 коп. при рыночной 35-40 коп. за пуд.

Фактическое положение приписных крестьян на заводе было хуже положения обычных государственных крестьян, так как оплата их труда «была значительно ниже существовавшей рыночной цены рабочей силы». Независимо от характера выполняемой работы зачет производился только по одной расценке: конному — 10 коп. в день, пешему — 5. Завышал Ланин и нормы выработки. Крестьяне свидетельствовали о том, что Ланин обременял их «урошною работою такою, что один человек беспрогульно едва можно сделать в два дня, а он почитает за работу и по плакатной цене платит за один день». Поэтому крестьяне вместо положенного одного месяца задерживались иногда до двух.

Отсутствие оборотных средств вынудило Ланина обратиться за финансовой помощью в казну. Чтобы «больше тот завод для здешней обширной губернии распространить», надо было, по расчетам Ланина, иметь 5 тыс. руб. За весь XVIII век Берг-коллегией были выданы ссуды купцам в единичных случаях. Иркутская губернская канцелярия выдала просимые деньги в 1740 году при условии их возврата к 1 января 1745 г.

Срок погашения ссуды истек, заводчик объяснял задолженность тем, «что те деньги употреблены на всякие заводские расходы, а потому же и вырученные с продажи железа и чугуна деньги на содержание ж оного употребляются и затем к отдаче оных не имеет». К осени 1746 г. Ланин уплатил только 1 073 руб. и, не погасив долга, уехал в Москву просить отсрочку.

Из Москвы заводчик так и не вернулся – вскоре там умер. Он был женат на дочери иркутского боярина Акулине (1713 г.р.) и оставил после себя двух дочерей Анну (1741 г.р.) и Агриппину (1745 г.р.).

Ангинский завод прекратил работу. Иркутская губернская канцелярия в 1753 г. описала как завод и имущество Ланина, так «и у поручителей все имение». За имущество Ланина и его поручителей казна выручила 5 187 руб. 71 коп. Хотя эта сумма и превосходила размер ссуды, тем не менее денег не хватило покрыть ее, так как казна насчитала Ланину 4 484 руб. 60 коп. процентов. Взыскать эту сумму никакой возможности не было, так как к тому времени Ланин и его поручители умерли.

Иркутская губернская канцелярия трижды объявляла о продаже Ангинского завода, но желающих купить его не явилось. Более того, канцелярия пыталась навязать завод местным купцам в принудительном порядке, но безуспешно. К 1767 г. часть плотины была снесена и завод в связи с этим оценивался только в 402 руб. Так как этой суммы было недостаточно, чтобы погасить числившуюся на Ланине недоимку, то Иркутская губернская канцелярия предложила Сенату «помянутой, заведенной заводчиком Ланиным завод со всем строением, материалами и припасами» конфисковать и передать в ведомство Берг-коллегии, чтобы последняя сделала «сходное с казенною прибылью и общенародною пользою на основании законов решение».

Только через четыре года Берг-коллегией было выполнено предписание Сената, и на Ангинский завод прибыл шихтмейстер на обследование состояния предприятия. Горный мастер Мирон Яковлев в своем отчете донес, «что тот завод по починке некоторого обветшалого строения, т. е. плотины и протчаго, может действовать и к действию как руд, так и других материалов и лесов есть довольно». Им были произведены расчеты о затратах, необходимых для возобновления работы предприятия. Денежные расходы должны были составить 1 250 руб. В обеспечении завода рабочей силой требовалось 97 мастеровых и 1 108 душ приписных крестьян.

В 1770–1775 годах Берг-коллегией предпринимались попытки найти заводу нового хозяина, но все закончилось безуспешно. Известно, что Ангинский завод в XVIII веке так и не возобновил работы. Хотя в некоторых источниках указывается, что завод просуществовал до 1812 года.

Описание в 1987 году:

«В настоящее время на месте завода остались еле видные углубления почвы и торчащие остатки опор от заводских помещений, дамба и канава, отводящая воду из русла реки. Свидетелем железной работы стоят каменные останки доменной печи. Стенки, обожженные высокой температурой с внутренней стороны, развалились со временем в разные стороны. Размер печи в диаметре составлял около двух – двух с половиной метров и высотой около двух метров. Толщина стен составляет 80–100 см. На противоположном берегу реки, поперек поймы, на 90 метров протянулся насыпной холм высотой около трех метров. Берег реки укреплен бревнами. На склоне горы, у подножья которой стоит печь, видна небольшая каменоломня. Недалеко лежит куча железной руды. На месте завода найдены чугунные чушки и фрагменты чугунных котлов».

Несомненно, что Ланинский завод оставил в истории Ольхонского района большой след, став градообразующим предприятием на месте нынешнего районного центра с. Еланцы — всего за несколько лет сформировав несколько близлежащих к заводу поселений. Поэтому день официального запуска завода 10 апреля 1741 года вполне можно считать днем рождения с. Еланцы, соответственно 10 апреля 2021 года — 280-летием с. Еланцы.

Продолжение следует...

Первую часть краеведческой работы читайте здесь.

Третью часть часть можно прочитать по ссылке.

Кованные изделия музея Еланцынской школы

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

270